СОБЫТИЯ

В Тюмени разработали технологию, продлевающую жизнь месторождений

Участники стратегического проекта Тюменского индустриального университета «Повышение эффективности освоения Арктической зоны РФ» разработали технологию, позволяющую интенсифицировать добычу низконапорного газа сеноманского продуктивного ...

Делегации компаний Роснефть, Газпром-нефть, ЛУКОЙЛ, НОВАТЭК, РуссНефть встретятся с нефтесервисными подрядчиками

17 октября в отеле InterContinental (Москва, улица Тверская, 22) состоится двенадцатая ежегодная конференция «Нефтегазовый сервис в России» (Нефтегазсервис-2017).Основная задача конференции – формирование и укрепление прямых связей ...

Рост выхода светлых продуктов на НПЗ до 80% даст экономике дополнительно 800 млрд рубле

Увеличение выхода светлых продуктов на российских НПЗ с 64% до 80% даст дополнительно экономике 800 млрд рублей. Такое мнение высказал глава департамента налоговой и таможенной политики Минфина РФ Алексей Сазанов, выступая на Российской ...

17 октября в отеле InterContinental состоится круглый стол «Современные инструменты продвижения нефтесервисных услуг»

17 октября в отеле InterContinental (Москва, улица Тверская, 22) состоится двенадцатая ежегодная конференция «Нефтегазовый сервис в России» (Нефтегазсервис-2017).Основная задача конференции – формирование и укрепление прямых связей ...

В России введут штраф за нарушение сроков геологоразведки

Штрафные санкции за нарушение сроков геологоразведочных работ введет Минприроды России. Соответствующий законопроект - поправки в ст. 43 закона Российской Федерации «О недрах» - внесен в правительство РФ. Ведомство рассчитывает, что ...

Турецкий газовый поток: что дальше?

 

Данный вопрос стал основной темой «круглого стола», состоявшегося 15 мая в пресс-центре «Парламентской газеты». Эксперты топливно-энергетической отрасли обсудили ключевые проблемы в сфере международного газотранспортного сотрудничества, а также возможность создания и реализации альтернативных вариантов газоснабжения Евросоюза.

 

Предпосылки создания проекта

П. Н. ЗАВАЛЬНЫЙ, председатель Комитета Государственной Думы по энергетике

Общая ситуация, которая сложилась на газовом рынке Европы, такова: объём потребления составляет порядка 480 млрд. куб. м газа. Половину этого объёма Европа добывает сама, половину – импортирует. Доля продукции «Газпромэкспо» варьируется в размере от 150 до 160 млрд. куб. м газа, что в среднем составляет 30% от общего потребления в Европе.

По прогнозам аналитиков, в ближайшее время спрос на газ будет расти и к 2035 году превысит 600 млрд. куб. м. И это на фоне падения объёмов внутренней добычи (темпы падения – 2% в год). Так, если вместо 240 млрд. куб. м сырья Европа будет добывать 160 – 180 млрд. куб. м, дополнительная потребность в углеводородном сырье составит 200 млрд. куб. м. Расчёты показывают, что даже если Газпром поставит перед собой цель сохранить долю экспорта на уровне 30%, она составит 200 млрд. против сегодняшних 160-ти.

В данном контексте неудивительно, что Европа всерьёз озаботилась: за счёт каких источников будет удовлетворяться спрос на газ? Их как минимум три: поставки из России, экспорт СПГ – жирного природного газа в объёме от 20 до 30%, для чего строятся специальные терминалы, а также поставки газа с Ближнего Востока, Центральной Азии в рамках так называемого «Южного коридора». Сейчас ведутся интенсивные переговоры с Ираном – ещё одним потенциальным поставщиком, обладающим значительными ресурсами природного газа.

Если рассматривать спрос на газ в Центральной Европе (Венгрия, Австрия, Прибалтика, Финляндия) и Юго-Восточной Европе (Чехия, Болгария, Словакия), мы видим, что они очень  зависимы от российского газа (в основном наша страна выступает единственным поставщиком). Задача «Южного потока» была проста: снизить транзитные риски, которые мы испытываем на протяжении 20 лет с момента распада СССР, осуществляя транспорт газа через Украину. На стадии зарождения проекта рассматривались два варианта прокладки трассы: через Турцию и через Болгарию, и в итоге выбор сделали в пользу последнего. Расчётной точкой для заключения долгосрочных транзитных контрактов был обозначен Баумгартен, и это не случайно: Австрия обладает подземными хранилищами, развитой инфраструктурой, это очень удобная точка для поставок газа.

Проект «Южный поток» впервые столкнулся с трудностями, когда согласно графику должно было начаться строительство морской части трубопровода: вопреки заявлениям о содействии, болгарская сторона отказалась выдать разрешение на строительство при наличии всех документов! В связи с этим вновь «всплыла» первоначальная идея – построить «Турецкий поток», первая нитка которого должна обеспечить поставки газа для внутреннего потребления Турции.  Впоследствии планируется построить ещё три ветки трубопровода.

 

Отмена «Южного потока»: виной всему – бюрократия

А. Б. ВАСИЛЕНКО, заместитель председателя Комитета Государственной Думы по природным ресурсам, природопользованию и экологии

Выступая в роли координатора российско-болгарского сотрудничества, я на протяжении трёх последних лет наблюдал постоянную смену состава правительства – буквально на днях была сформирована новая группа. Анализируя отношение социалистов к «Южному потоку», отмечу: они неоднократно приходили к выводу, что проект значимый и нужный, однако в итоге постоянно «отсылали» российских партнёров в Еврокомиссию. До сих пор в Болгарии выражают надежду, что не все пути реализации проекта отрезаны, однако конкретных действий в плане возобновления сотрудничества не предпринимается.

Правительство социалистов, которое сначала поддержало «Южный поток», достаточно зыбко стояло на ногах: оно опасалось войны с американцами, и его члены дожидались лишь срока сложения с себя полномочий. Рассуждая о роли Еврокомиссии в решении данного (и многих других) вопроса, можно резюмировать, что она становится всё более бюрократизированной системой, которая «съедает» самостоятельность стран, входящих в Евросоюз. Во многом эта система напоминает модель формирования Советского Союза. В Европарламенте ведётся колоссальная законодательная работа, и каждая партнёрская компания вынуждена создавать собственное представительство в Брюсселе, чтобы не упустить ограничительных нововведений, которые могут стать основанием для запрета производства продукции.

Сегодня Европа пытается создать единый фронт борьбы – примечательно, что только в отношениях с Россией. К примеру, пресловутый «Южный коридор» был выведен из третьего энергопакета, тогда как «Южный поток» остался там. Главная причина этого – бюрократия, которая прокладывает вектор политического и экономического сотрудничества в целях укрепления собственного благополучия.

 

Трубопроводы на территории Европы. Кому строить?

А. М. БЕЛОГОРЬЕВ, заместитель главного директора по энергетическому направлению Института энергетики и финансов

Одним из условий проекта «Турецкий поток» стало требование Газпрома о строительстве газопроводов от границы Греции силами стран-импортёров. Однако, рассуждая по существу, Газпром на сегодняшний день – единственная компания в Европе, которая способна реализовывать такие масштабные газотранспортные проекты. У неё есть все необходимые ресурсы: управленческий опыт, финансовые возможности, которыми не обладает ни одно европейское предприятие.

Однако и у лидера российской газовой отрасли существуют определённые сложности инвестиционного характера. С момента принятия третьего энергопакета в 2009 году Газпром пытается доказать европейцам, что в рамках этого пакета невозможно привлечь инвестиции  в развитие газотранспортной инфраструктуры. И «Южный поток» мог быть реализован, если бы был выведен из третьего энергетического пакета. Европейцы отказались это делать.

«Турецкий поток» в этом отношении – полная противоположность: Газпром согласился со всеми положениями третьего энергопакета и готов поставлять газ до точки отхода газотранспортной системы ЕС. Далее, согласно третьему энергопакету, компании, ответственные за газотранспортную инфраструктуру, обязаны её построить при наличии спроса. Совершенно очевидно, что компании не в состоянии это сделать, и спор идёт о необходимости внесения серьёзных корректив в третий энергопакет –  чтобы обеспечить безопасность инвестиций, направленных на развитие мощностей. По тем правилам, которые действуют сейчас, обеспечить эту безопасность невозможно. Поэтому «Турецкий поток» – ещё более уязвимый проект, чем «Южный»: Газпром хоть и имеет средства на строительство газопровода до границы с Грецией (первую ветку планируется построить к июню 2016 года), вопрос о строительстве дальнейшей инфраструктуры остаётся открытым. Притом, очевидно, без Газпрома эти трубопроводы не будут построены.

 

Альтернативы энергозависимости от России

А. И. ГРИВАЧ, заместитель генерального директора по газовой проблеме в Фонде национальной энергетической безопасности

Российский газ играет слишком большую роль на европейском рынке, и системные методы со стороны регуляторов, направленные на снижение его доли, до сих пор не принесли результатов. Эффект получился обратным: несмотря на существенное снижение объёмов газа, потребляемых в ЕС, доля российского газа выросла, поскольку альтернативные поставщики уходили с рынка. Борьба против России постепенно превратилась в борьбу против газа, и остальные игроки не посчитали интересным работать в создавшихся условиях. Поставщики СПГ – азиатские страны, которые в этом направлении экспорта выступают маркетмейкерами, – переориентировали объёмы поставок на другие премиальные рынки. И хотя сейчас ситуация с ценами несколько выровнялась, обратного притока СПГ в Европу мы не наблюдаем, и, скорее всего, его не будет. Страны ЕС могут рассчитывать только на те излишки, которые в Азии в определённый момент времени не востребованы.

Безусловно, политическая установка «снижать энергозависимость от России» осталась в силе. Сегодня есть три основных источника поставок газа в Европу – это Россия, Норвегия и Северная Африка. Норвегия достигла полки газодобычи, и в ближайшем будущем её объёмы будут снижаться – эта страна, как и Россия, завязана на крупные инвестиции в  поддержке и развитии добычи и не может принимать
инвестиционные решения, ориентированные на рынок газа, находящийся в депрессивном состоянии. Что касается Северной Африки, она поставляет газ на два рынка – в Италию и Испанию, и объёмы поставок существенно снижаются в последние годы. Нельзя забывать и о нестабильной обстановке в Ливии, Алжире.

В последнее время в ходу такие экзотические истории, как возможные поставки газа из Египта (который в экстренном режиме ищет объёмы газа для собственной промышленности), Туркмении (мандат на переговоры получен 4 года назад, но им препятствуют ограничения
геополитического, экологического характера). Предпринимается попытка повторения известной истории с импортом иранского газа, но она более похожа на фарс. Иран прекрасно понимает, что перспективы стратегического сотрудничества – не более чем спектакль, и не делает на него ставку.

Что же должно произойти, чтобы европейцы убедились в несостоятельности политики диверсификации? Видимо, какой-то коллапс с поставками российского газа, в идеале – в январе или феврале. Этот коллапс должен стать аргументом в пользу того, что, если европейские партнеры хотят диверсификации, они должны быть готовы заплатить дополнительную цену. Это дорого, очень дорого. Поскольку экономика Европы находится далеко не в блестящем состоянии, платить такую цену можно заставить только в случае, если посеять серьёзные опасения, что других вариантов нет. Это риск, на который нам нужно пойти и объяснить европейским партнёрам: альтернативы на самом деле нет.

 

Геополитические факторы в газовой политике

А. А. КУРДИН, начальник Управления по стратегическим исследованиям в энергетике Аналитического центра при Правительстве РФ

Ситуация, в которой сейчас находится Евросоюз – достаточно высокая зависимость от России в условиях объективной политической напряжённости, – некомфортна для ЕС. И усилия в направлении диверсификации прилагаются достаточно давно. При этом, несмотря на то что страны в составе Евросоюза могут преследовать свои оппортунистические интересы, в кулуарах заметно, что они не слишком рады той агрессивной политике, которую ведёт Еврокомиссия. Политика диверсификации связана на самом деле не только с попыткой отказа от российского газа, но и с попыткой развивать возобновляемую энергетику, повышать энергетическую эффективность – то, что действительно дорого стоит и диктуется зачастую политическими, а не экономическими интересами.

Вместе с тем стоит признать, что европейская бюрократия, о которой говорилось выше, может оказаться неэффективной, но у неё есть замечательная способность – «продавливать» свои решения. Европейские чиновники давят на компании и вынуждают их принимать ту политику, которую ведёт Брюссель. Поэтому энергетический фактор здесь достаточно силён – это касается не только неприязни к России, но и (если мы поставим себя на место Европы) нежелательной зависимости от одного-единственного поставщика. И вполне резонна и обоснованна политика диверсификации.

Что касается экономики, на сегодняшний день она такова: российский газ стоит объективно дороже, чем газ других поставщиков. Газ на европейских хабах примерно на треть дешевле российского, поэтому существует намерение перевести эту цену на конкурентные рельсы.

 

 

 

 

 


Категория статьи: Официально

К содержанию журнала
«Нефть и Газ Сибири» №3(28) 2017 г.
Справочник отраслевых организаций
Яндекс.Метрика